«Как это было? Как
совпало – Война, беда, мечта и юность?», - вспоминаются строки Давида
Самойлова, когда речь заходит о многих песнях Победы. В них наши деды и прадеды
– совсем юные мальчишки и девчонки, которые любят петь, шутить, танцевать. И
страстно хотят жить. И это желание жизни, любви, счастья пробивается во многих
песнях, перекрывая визг бомб и грохот взрывов.
Песня «Случайный вальс» о
которой мы сегодня напоминаем нашим читателям - апофеоз жизни и любви.
СЛУЧАЙНЫЙ
ВАЛЬС
Муз.
М. Фрадкина, сл. Е. Долматовского
В феврале
1942-го во фронтовой газете «Красная Армия» Евгений Долматовский опубликовал
свое небольшое произведение, в котором были слова: «Танца вечная погоня /
Удивительно легка, / И лежит в моей ладони / Незнакомая рука». В военной
суматохе поэт очень скоро забыл про этот эскиз будущей песни...
Его фронтовая судьба поразительна.
Стихотворец-военкор в августе 1941 года попал в плен и, несмотря на то, что
являлся одновременно коммунистом и евреем, не погиб, сумел бежать, а затем,
после проверок в «особых отделах», вернулся в строй батальонным комиссаром, не
потеряв при этом ни боевого духа, ни поэтического вдохновения. В начале 1943
года его наградили орденом Красной Звезды. С наградой Евгения Ароновича
поздравляли прославленные генералы Константин Рокоссовский и Сергей Галаджев.
Массовое настроение было на подъеме
— всех окрыляла сталинградская победа. Поэт и военачальники разговорились.
«Каких новых песен нам от вас ждать?» — спросил Рокоссовский, в то время
командующий Донским фронтом. Долматовский рассказал о своем замысле: в
танцевальном зале встретились двое, он — офицер, их свидание мимолетно, однако
зарождается взаимное чувство; война тем временем продолжается, его ждут
фронтовые дороги... Автор вспомнил при этом свое стихотворение 1942 года,
процитировал несколько строк. Полководцам идея понравилась.
В январе 1943-го в нашу армию
вернулись погоны, командиров все чаще стали называть офицерами, а новая песня
была призвана закрепить положение дел, стать настоящим офицерским вальсом.
«Стоит воинской колонне остановиться на ночевку в прифронтовом селе или
городке, и вот уже возникают знакомства, и откровенные разговоры, и влюбленность,
и все это носит грустный и целомудренный характер; а рано-рано — расставание,
отъезд», — вспоминал Долматовский о
тогдашних своих размышлениях.
